Протесты по случаю незаконной застройки Нарымского сквера, одного из центральных скверов города, были намечены на 7 часов вечера. Народу собралось довольно много, но место как казалось было выбрано не совсем удачно: между уже установленными для стройки заграждениями. Буквально в 20 места, в самом центре сквера, мирно гуляли мамашки с детьми, и возмущенные речи протестантов едва доносились и, по-видиму, мало интересовали их. Казалось, что посетителей парка не очень волновала тема застройки. Однако все среди протестующих большую часть составляли именно изрядно рассерженные и решительно настроенные местных жителей. Так как никаких представителей администрации не было, то собравшимся оставалось только возмущенно негодовать, порицать власти, потрясать документами подтверждающими решение суда о прекращении застройки.
Существовал ли какой-то заранее заготовленный сценарий или все происходило спонтанно понять было трудно, так как никаких явно обозначенных организаторов на протяжении всего мероприятия не обозначалось, на что, кстати, сетовали некоторые из протестантов. «Нет, говорят, у нас какого-то лидера, чтобы речь хорошую сказал, план какой -то сделал, когда и куда идти». Позже, когда милиция начала хватать тех кто, как ей казалось, больше всего подходил на роль зачинщиков беспорядка, мне оставалось только порадоваться предусмотрительности организаторов. Если таковые и имелись, то распознать их было просто невозможно. Буквально через 15 минут после начала мероприятия было принято решение, что надо таки перекрыть магистраль. Еще через 5 минут толпа из человек 150 уже стояла посреди дороги перегородив движение транспорту. Протестующие, ссылаясь на решение суда, требовали прекратить строительство и восстановить разрушенная часть парка. Требовали встречи с мэром. Но кому оглашать эти требования было совершенно непонятно так как никаких представителей власти, кроме милиции, по близости не было. Поиски «главного милицейского чина» не к чему не привела. Суда по уклончивым ответам рядовых «Чин», и по всей вероятности имелся, но выдавать его присутствие было не положено. Все начиналось довольно мирно. Милиция подсуетилась, быстро сделала какие-то распоряжения и никакой пробки на обычно оживленной магистрали почти не образовалась. Полторы сотни протестантов, полсотни милиции, столько же любопытных наблюдателей на тротуарах и два больших автобуса, которые в отличии от легковых машин не могли быстро развернуться и поехать в другом направлении.
Однако еще минут через пятнадцать милиция решила, что пора действовать. Если есть «непорядки – должны быть и зачинщики». Их следовало поймать и наказать. А так как они не просматривались, то стали хватать тех, кто уже примелькался или ... впрочем у милиции своя логика. Когда милиция начала действовать, один парень крикнул: «Ребята, держитесь друг да друга» и тут же разумеется был схвачен и «потащен» к машине. Ему на выручку бросилось человек десять. Даже будучи вовлеченной в эту потасовку я отметила некоторый комизм ситуации. Так как почти все тех, кто тащил парня к машине были в штатском, то в суматохе разобрать, кто задерживает, а кто спасает было довольно трудно. Куча людей схватившихся за парня перетягивали его туда сюда. Отбили, смотрят, а рядом уже еще кого-то оттесняют в сторону милицейских машин. Рядом стоящий милиционер кричал несколько раз одно и то же, призывая к порядку коллег: «В чем дело? Почему работают люди в штатском, а в форме стоят и ничего не делают?» Его призывы возымели действие. Произошла перегруппировка, и заработали люди в форме. Хоть многих протестантов милицейская тактика возмутила, но к чести новосибирской милиции надо отметить, что она действовала относительно «гуманно». Я, по крайней мере, я не видела, чтобы кого-то били, хотя досталось конечно многим. Позже женщина лет 55 показывала капитану милиции небольшой синяк на лбу, который она получила, когда отбывала кого-то из захваченных. Кстати, как мне показалось, именно обычные жители района, для которых сквер это место где они часто гуляют с внуками, составляли основную и самую решительную силу протестантов. Милиция не привыкла воспринимать их в качестве зачинщиков, которых надо хватать и обвинять в организации массовых беспорядков. Поэтому были схвачены 3 молодых парня, которые вот уже как 1,5 дня сидят в … и ждут суда.
Жители же отказались уходить по тех пор «пока не придет мэр». Но, как мне объяснил один сотрудник в штатском, мэру в день перед иннагурацией президента было не до того. Протестанты потихоньку стали рассеиваться так как казалось, что больше уже ничего сделать невозможно. Но человек 5 женщин, тех самых, которые жили поблизости, наотрез отказались уходить. Главный аргумент был «Если уйдем, то точно никакого толка не будет. Пусть мер приезжает». И они таки добились своего. Правда пришел не мэр, а чиновник из мери и прямо тут же на дороге стал общаться с народом. Удовольствия ему это явно не доставляло и какое общение он явно рассматривал как некую досадная необходимость. Главная идея которая он пытался донести заключалось в том, что в сложившейся обстановке общаться невозможно, а вот «завтра» в своем кабинете он готов выслушать, но не всех, разумеется, а делегатов. В этот момент я и покинула собрание. Дальнейшая судьба строительства в сквере так пока и не решена. Четверо «схваченных» просидели в камере предварительного заключения двое суток в ожидании решения суда. И кто знает сколько бы им еще пришлось сидеть его ждать (инаугурация нового президента, предстоящее празднование дня победы следующие за ним выходные легко могли затянуть процесс еще на несколько суток) если бы все двое суток ход дела не контролировал и педалировал адвокат, но же депутат городского совета Новосибирска Медведев. В итоге двоим из задержанным было присуждено 2 дня заключения. Не зря же ребята отсидели! Двум другим дали по трое суток. Причем один из них вообще не в каком перекрытии дороги не участвовал, а тихо, мирно стоял на тротуаре, но был милиции хорошо известен своими резко критическим отношением и к местной и центральной.
Обвинительная формулировка объясняла причину задержания. Он «своим авторитетом мог предотвратить акцию перекрытия улицы, но не предотвратил».

Гирич Екатерина