День памяти политзеков

В 12.00 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий (бывш. День советского политзека, впервые отмеченный зеками-диссидентами в 1974 г.) жители 5-мкр., сотрудники “Мемориала”, представители анархических и антифашистских кругов Тюмени возложили венок и цветы к памятному камню в Березовой роще.
В этот день в Тюмени проходит также официальное возложение цветов и венков по линии горадминистрации: уцелевших политзеков 1930-50-х приглашают к Камню на углу Семакова-Республики, где в 1930-х размещалось здание НКВД, в подвалах которого расстреливали арестованных. Затем зеков везут к местам предположительных захоронений расстрелянных: Текутьевское кладбище, Березовая роща и асфальтовый завод на Полевой, выдают гвоздики и свечки, а после возложения сгоняют обратно в автобусы и везут потчевать чаем и концертом (раньше были кисель и булочки).
Особенность возложения в Березовой роще - это то, что туда по собственной инициативе также подходят возлагать венки и цветы местные жители, иногда и школьники, которые все со времени борьбы за Березовую рощу считаются крайне опасными экстремистами, а потому в рощу в этот день стягивают усиленные наряды милиции (в прошлом году даже оцепляли всю рощу).
На этот раз многочисленных ментов спрятали подальше, а в роще выставили людей в штатском и ударную ментовскую группу: агентов Знаменского, Томина (с камерой) и Кибрид. Агент с камерой пробовал всё снимать, но у него долго не получалось, пока коллега агент Кибрид не сказала ему по секрету, что он забыл снять крышечку с объектива.
В итоге венки и свечки мирно возложили и привезенные зеки, и местные, но менты вдруг прикопались к раздаче “мемориальцами” газеты “Именем закона” (легальной и выпускаемой на деньги обладминистрации). Была долгая всеобщая ругачка (ментов с “мемориальцами” и местными, а заодно зеков и с теми, и с другими), затем агент Томин вызвал подкрепление, которое ранее скрывалось где-то в кустах: бобик с омоновцами и начальника милиции общественной безопасности Ленинского округа. Начальник МОБ ЛАО признал в персоне, раздающей газеты, редактора этой самой газеты Вадима Постникова, а вовсе не муллу Омара, не бойца Второй Интифады и даже не террориста-снайпера Шмонова (о котором агент Томин слышал в своем перестроечном детстве). Но агент Томин не поверил и всё равно пошел писать рапорт, что на него напали с оскорблениями мулла Омар, боец Второй Интифады и террорист Шмонов в одном лице.
Агент Кибрид в это время вся замерзла. Иных жертв и разрушений нет.